Панкратова Е.В. Религиозность и религиозная самоидентификация

План лекции

  1. Религиозность населения как объект изучения. Критерии религиозности. Религиозная самоидентификация в структуре религиозности.
  2. Степень и характер религиозности. Проблемы исследования религиозности.
  3. Типологии религиозности.

1. Религиозность населения как объект изучения. Критерии религиозности. Религиозная самоидентификация в структуре религиозности

Российская религиоведческая наука накопила достаточно много материала для обоснования такого сложного и актуального феномена, как религиозность. Тем не менее, споры вокруг ее теоретической и эмпирической интерпретации не закончены. Обоснование важности определения религиозности определяется в первую очередь тем, что от того, что считать критерием религиозности, зависит подсчет численности верующих различных религий.

Рассмотрим несколько определений религиозности.

1. Религиозность понимается как воздействие религии на сознание и поведение как отдельных индивидов, так и социальных и демографических групп (Угринович).

2. Религиозность трактуется как определенное состояние отдельных людей, их групп и общностей, верующих в сверхъестественное и поклоняющихся ему, их приверженность к религии, принятие ее вероучений и предписаний (Ж. Т. Тощенко).

3. Религиозность определяется как качество индивида и группы, выражающееся в совокупности религиозных свойств сознания, поведения, отношений (Яблоков).

Естественно этими определениями не ограничиваются ученые, однако они относятся к числу наиболее распространенных.

Исходя из того, что понимание религиозности зависит от позиции автора, следует давать точную эмпирическую интерпретацию при составлении программы и проведении социологического исследования данной проблематики.

Один из сложных вопросов в изучении религиозности — это определение ее критериев. Следует различать две концепции, к которым могут быть сведены различные варианты критериев религиозности:

Классическая концепция.

Данная концепция определения религиозности основана на исключительно стороннем, объективированном взгляде на религию. Исследователи, работающие в рамках данного подхода, выделяют два принципиальных момента для определения религиозности. Во-первых, практическое подтверждение религиозной позиции субъекта, выражающееся в регулярных культовых действиях (посещение храма, соблюдение постов и пр.). Во-вторых, приверженцы этой концепции говорят о комплексности критерия религиозности, выражающейся в строгом соблюдение канонической чистоты и полноты образа действий и образа мысли, предписываемого той или иной религиозной традицией. Религиозная самоидентификация в данной концепции не играет роли, так как она не предполагает, что данный человек разделяет соответствующие религиозные верования и следует религиозным практикам.

Постклассическая концепция.

Данная концепция акцентирует внимание на особенностях конкретной религии. Это достигается совмещением классического объективированного подхода и подхода интроспективного, предполагающего взгляд с позиций верующего данной религии. Основным критерием религиозности в данном случае является религиозная самоидентификация личности. Т. е. если человек причисляет себя к православным, то мы как исследователи должны считать его членом Православной Церкви. Более того, для определения себя человеку не обязательно быть «религиозно грамотным».

Исследователь С. Лебедев предлагает «системно-динами­ческую концепцию религиозности», которую обосновывает следующими положениями:

1) религиозность основана на прогрессирующем усвоении (инкультурации) социальным субъектом определенной религиозной культуры;

2) культура, в т. ч. религиозная, является самоорганизующейся системной целостностью, которая развивается из некоторого субминимального состояния до состояния относительно полного и завершенного;

3) религиозность современного человека есть результирующая взаимодействия секуляризованной светской культуры, изначально определяющей его жизненный мир, и конфессиональной религиозной культуры, помещаемой им в центр своего жизненного мира и трансформирующей его.

С точки зрения исследователя, особую функцию выполняют и показатели религиозной и конфессиональной самоидентификации. Эта функция состоит в конкретизации религиозной культуры. Признание себя «верующим» свидетельствует в данном случае об осмысленности религиозного выбора, а соотнесение себя с определенной конфессией указывает на конкретный религиозно-культурный «генотип», который в конечном итоге будет определять специфику сакрального отношения и путь развития религиозной культуры данного субъекта. Если человек, для которого религиозная вера является ценностью терминального характера, в то же время субъективно считает себя верующим и идентифицирует себя, например, с православной традицией, то можно говорить о присутствии в его сознании минимального репрезентанта православной религиозной культуры.

Таким образом, С. Лебедев в качестве достаточных критериев религиозности выделяет наличие в сознании человека (группы) следующих трех признаков: 1) терминального характера ценности религиозной веры; 2) положительной самоидентификации субъекта в отношении религии; 3) положительной самоидентификации субъекта в отношении какой-либо конкретной конфессии.

Эта концепция также не осталась без внимания и подверглась критическому анализу. Так, С. В. Рязанова говорит о том, что по сути ничего определенно нового такая постановка проблемы не вносит. По ее мнению, «…процесс усвоения религиозной культуры, требует некой шкалы для замера. Большей частью при этом приходится опираться на внешние признаки, которые, как отмечалось выше, не могут служить исчерпывающим аргументом в пользу искренней религиозности субъекта. Уровень развития самой культуры тоже никоим образом не свидетельствует о наличии в ней определенной доли религиозного компонента».

Остановимся на анализе методики измерения религиозности американских социологов Ч. Глока и Р. Старка. С их точки зрения, существует пять основных измерений религиозности:

— религиозный опыт,

— религиозная вера,

— культ,

— знание религии,

— влияние религиозных мотивов на поведение индивида

Остановимся подробнее на каждом из показателей.

Религиозный опыт трактуется исследователями как экстатическое состояние, мистические переживания, в которых индивид ощущает непосредственное присутствие Божественного, священного и свою связь с ним. В такой трактовке религиозный опыт является одним из проявлений религиозной веры.

Измерение религиозной веры отвечает на вопрос, в какие религиозные догматы верит человек.

Культовое измерение или «поведенческое» раскрывается через участие в богослужениях, молитвах и т. д. Кроме этого оно проявляется и через внекультовые формы религиозного поведения — чтение Библии, материальная поддержка религиозных организаций и пр.

Следующий критерий — знание религиозных догматов. Глок и Старк в описании этого критерия указывают на его неоднозначность: можно знать догматы, но не быть верующим, или знать поверхностно священные книги, но при этом быть глубоко верующим человеком.

Влияние религиозной мотивации проявляется во всех сферах жизни человека, его поведении в различных ситуациях. Под религиозным мотивом следует иметь в виду внутренний стимул действия, в качестве которого может выступать религиозная потребность, вера, идея, чувство. Данный мотив предполагает определенную цель, предписываемую вероучительными принципами. В отношении мотива к цели обнаруживается личностный смысл действия. Поэтому о мотиве можно судить по цели и смыслу этого действия. Одним из индикаторов религиозной мотивации поведения индивида может выступать его участие в религиозных обрядах. Другим — выполнение религиозных предписаний.

Как отмечает В. И. Веремчук, такая модель измерения религиозности содержит некоторые спорные моменты и трудности, например, с эмпирической фиксацией религиозной мотивации людей.

Отечественные ученые-религиоведы в качестве основных критериев религиозности выделяют два:

— содержание и уровень религиозного сознания индивидов, иначе их религиозные представления и эмоции;

— религиозное поведение, иначе соблюдение обрядов, участие в деятельности религиозных организаций.

Религиозное сознание фиксируется посредством трех показателей:

— Содержание религиозной веры (выявляет содержание тех религиозных представлений и догматов, в которые верит индивид).

Индивид, даже считающий себя религиозным, может верить далеко не во все религиозные догматы и мифы. При этом содержательный анализ религиозных верований важен для определения степени религиозности индивида, отнесения его по этому признаку к той или иной типологической группе. Изучение содержания религиозных верований индивида необходимо и для определения степени его религиозной ортодоксальности, т. е. степени совпадения содержания его веры с вероучением той или иной конфессии.

— Интенсивность религиозной веры.

Суть данного критерия состоит в ответе на вопрос, насколько убежден верующий в истинности религиозных догматов и мифов, испытывает ли он сомнения в их истинности или воспринимает на веру все, что проповедуют служители культа и т. п. Интенсивность веры находит свое отражение и субъективно определяется прежде всего глубиной и яркостью религиозных чувств и переживаний, испытываемых индивидом. Она также реализуется в поведении индивида — частоте посещения богослужений, молитв и пр. Поэтому исследователь может выявить интенсивность религиозной веры не только с помощью субъективных данных, полученных методами опроса или анализа документов, но в ходе изучения поведения верующего, его взаимоотношений с другими людьми.

— Степень информированности индивида о вероучении.

Существенным ограничением этого критерия является возможное сочетание фанатичной веры и незнания догматов, или обратная ситуация — знание, но неверие (подобную критику высказывали и зарубежные исследователи Глок и Старк).

Религиозное поведение индивида выражено через фиксацию культовых и внекультовых действий.

Для нас представляется наиболее актуальным вопрос о роли религиозной самоидентификации в структуре религиозности. Для начала постараемся определить понятие «религиозная самоидентификация».

Ученые С. Б. Филатов и Р. Н. Лункин говорят, что следует твердо держать в уме, что сама по себе культурная религиозность (религиозная самоидентификация) является определенной мировоззренческой, идеологической позицией, но никак не религиозностью в прямом значении этого слова. Самоидентификация с точки зрения авторов не предполагает, что данный человек разделяет соответствующие религиозные верования и следует определенным религиозным практикам.

Определение религиозной самоидентификации в широком социально-философском контексте предлагает исследователь Н. В. Баскакова. Под религиозной самоидентификацией она понимает «акт человеческого самосознания, в котором определяется жизненная высшая идея, под знаком которой строится вся жизнь, как индивида, так и социальной группы, во имя которой совершаются подвиги и могут быть принесены жертвы». На наш взгляд, подобная трактовка отражает суть самоидентификации как процесса, однако выходит за пределы религиозного контекста.

Как было сказано выше, в различных концепциях, выделяющих критерии религиозности, самоидентификация занимает различные позиции. С одной стороны, она является чисто субъективным и не отражающим действительность критерием, а, с другой, — единственным и наиболее адекватным. С нашей точки зрения, сомневаться в «объективности и научности» данного критерия не следует даже потому, что других способов, фиксирующих различные аспекты религиозности, которые может оценить только сам человек, к сожалению, пока не придумали. Да и возможно ли это? Поэтому оценки субъекта остаются одними из самых информативных источников. Другой важный вопрос состоит в определении составляющих религиозной самоидентификации.

На наш взгляд, религиозная самоидентификация должна фиксироваться в первую очередь с помощью двух важнейших вопросов:

а) определение отношения человека к религии вообще — религиозная самоидентификация, определяемая по определенной шкале, например: «убежденный верующий — скорее верующий — колеблющийся — скорее неверующий — убежденный неверующий»;

б) определение отношения человека к конкретному религиозному вероисповеданию — конфессиональная самоидентификация.

Первую компоненту следует считать базисной, вторую — конкретизирующей первую.

Также без внимания не должны оставаться вопросы по поводу частоты посещения храма, участия в богослужениях, совершении молитв, знания догматики и т. д.

Таким образом, религиозность и религиозная самоидентификация являются спорными категориями, определение и содержание которых зависит от позиции автора. Все же, несмотря на все ограничения религиозная самоидентификация может выступать важным критерием определения религиозности населения.

2. Степень и характер религиозности. Проблемы исследования религиозности

Важными понятиями в изучении религиозности выступают «степень религиозности» и «характер религиозности». В понятии «степень религиозности» фиксируется прежде всего уровень влияния религии на отдельную личность, она определяется на основе эмпирических признаков религиозности. Степень религиозности отмечает интенсивность проявления этих признаков (например, наличия или отсутствия корреляции между религиозным сознанием и религиозным поведением, сильной или слабой веры в сверхъестественное, силы и глубины влияния религии на различные сферы человеческой деятельности и на мотивацию индивида в повседневной жизни и т. д.). В исследовательской практике возможны случаи, когда проведенные измерения покажут одинаковый уровень религиозности на разных объектах, но разную степень ее проявления.

Понятие «характер религиозности» — качественная характеристика явления, характеризующая различия религиозности представителей разных религий и конфессий. Здесь интегрируется информация об уровне и степени религиозности, но к ней добавляются такие качественные характеристики, как конфессиональная определенность, особенности, наложенные своеобразием исторического периода, национальной спецификой, социальным контекстом.

Одной из важнейших и дискуссионных проблем, возникающих при исследовании религиозности, выступают непригодные, слишком широкие определения понятия «религия». Закономерно, что чем шире определение, тем сложнее эмпирическая интерпретация понятия. Для того чтобы избегать подобного рода проблем, зачастую социологи подходят к проблеме соотношения определений религии и конкретных исследований религиозности с чисто практических позиций. Американский социолог Ч. Глок, который разрабатывал вопрос о критериях религиозности (о нем мы упоминали в первой части лекции), считает, что нет ни истинных ни ложных определений культуры. С его позиции все определения религии можно подразделить на два больших блока — продуктивные и непродуктивные. Еще один зарубежный исследователь А. Эйстер обозначил главный момент в социологических исследованиях религии — изучение поведения верующих и отношений между ними. Что касается определений религии, то они прежде всего должны выражать ее социальные и культурные проявления. Религиозное сознание, религиозные переживания и религиозный опыт людей — это уже вне компетенции социолога, по мнению исследователя. Еще Э. Дюркгейм говорил о трансцендентности религиозного сознания. Изучение религиозного феномена Дюркгейм сводил к анализу фактов социальной жизни, к специфическому виду поведения человека. Особенности религиозного поведения Дюркгейм видел в его связи с предметами, имеющими «сакральное значение».

Однако отечественные исследователи не соглашаются с такими трактовками, считая их слишком узкими. По их мнению, изучение культовых действий в отрыве от религиозного сознания невозможно и ведет к сознательным ошибкам.

Таким образом, понятия степени и характера религиозности являются ее количественной и качественной характеристиками, позволяющими глубже определить содержание религиозности, а значит и эмпирически зафиксировать.

Основная проблема, с которой сталкиваются исследователи в изучении религиозности, — это определение религии. Чем оно шире, тем сложнее эмпирическая операционализация. Поэтому для четкой фиксации различных критериев религиозности необходимо емкое, рабочее определение религии.

3. Типологии религиозности

В данном разделе лекции мы приведем несколько типологий.

Первая типология религиозности И. Н. Яблокова.

Основной критерий, используемый в данной типологии, — зависимость от характера и места религиозной ориентации в ряду ценностных ориентаций.

  1. Верующие, у которых определяющей жизненной ориентацией выступает религиозная ориентация. Веря в Бога, они также признают истинность и других существенных для религии догматов. Регулярно и часто совершают культовые действия по религиозным мотивам. Играют активную роль в религиозной группе, распространяют религиозные взгляды. Религиозное сознание в значительной мере оказывает влияние на мотивацию их социальной деятельности.
  2. Верующие, у которых религиозная ориентация является важной, но не определяющей. Веря в Бога, они не уверены в истинности некоторых существенных религиозных догматов. Их культовые действия могут быть отодвинуты на второй план, а религиозная мотивация участия в культе не является ведущей. Верующие этого типа не играют активной роли в религиозной группе, не принимают активного участия в распространении религиозных взглядов. Религиозное сознание лишь отчасти оказывает влияние на мотивацию социальной деятельности.
  3. Верующие, у которых религиозная ориентация подчинена нерелигиозным мотивам. Сохраняя веру в Бога, они утрачивают другие существенные элементы религиозной веры. Культовые действия совершают редко и нерегулярно, мотивы участия в религиозном культе, как правило, нерелигиозные. Специальных позиций и ролей в религиозной группе эти верующие не имеют, сознательно в распространении религиозных взглядов не участвуют. Социальная деятельность практически освобождена от религиозных мотивов.
  4. Колеблющиеся между верой и неверием. Представители данной религиозной группы не уверены в существовании Бога, в истинности других религиозных догматов. Культовые действия совершают редко, от случая к случаю. Отсутствуют постоянные связи с религиозной группой, религиозные взгляды не распространяют. Социальная деятельность не мотивирована религиозными стимулами.

На наш взгляд, данная типология содержательно отражает отличия одного типа от другого, однако возникает проблема с конкретными социологическими индикаторами, позволяющими человеку причислить себя к тому или другому типу.

Вторая типология религиозности Г. Ленски.

Г. Ленски выделяет два основных типа религиозности — социальную и духовную.

Для людей с социальной религиозностью характерна приверженность к одобряемой социальной установке, определяемой моде, их религиозность в меньше степени связана с осознанными внутренними духовными потребностями. Именно с увеличением людей с этим типом религиозности социологи связывают рост числа верующих в России.

Духовная религиозность характеризуется глубоким внутренним переживанием верующим своего религиозного чувства, ощущением своего единства с Богом, религиозного братства с другими верующими. Для данного типа верующего религия является конечной, неоспоримой ценностью.

Третья типология Г. Олпорта.

Олпорт утверждал, что религиозные чувства весьма живучи. Религиозные индивиды отличаются друг от друга по формам и зрелости взглядов, по степени влияния этих взглядов на жизнь.

Олпорт предложил отличать два основных типа религиозной ориентации личности.

  1. Внешняя (неразвитая) религиозная ориентация. К такой ориентации ученый относил людей, для которых религия лишь способ достижения жизненных целей, внешних по отношению к самой религии. Посещение церкви, участие в религиозных обрядах, деятельности религиозных организаций, внешнее благочестие являются для них средствами доказать свою социальную респектабельность, лояльность по отношению к общепринятому образу жизни. Среди людей данной ориентации более распространены этнические предубеждения. Такая религиозность может скорее разъединять, чем объединять.
  2. Внутренняя (подлинная) религиозность. Для религиозных личностей данного типа религия представляет самостоятельную и конечную ценность. Они мотивируют свою деятельность в разных социальных сферах религиозной верой, свое поведение стараются подчинить религиозным нормам и предписаниям. Этот вид религиозного чувства действительно дает всеохватывающее решение загадке жизни. Религиозный поиск рассматривается как самоцель, как ценность, лежащая в основе всех вещей и желаемая ради ее самой. Когда человек предается этой цели, религия становится внутренней ценностью индивида и в этом качестве выступает как всеобъемлющая, интегративная и мотивирующая. У верующих, ориентированных на внутренние религиозные переживания, будут в большей степени преобладать такие чувства, как терпимость, милосердие, эмпатия, связанное с этим принятие людей с отличным религиозным мировоззрением, другой системой ценностей.

Четвертая типология религиозности Д. М. Угриновича.

В основу выделения различных типов религиозности ученый положил следующие принципы:

— единое логическое основание для вычленения всех групп типологии, как религиозных, так и не религиозных. Таким основанием является степень религиозной веры;

— данное логическое основание находит свое выражение в двух видах признаков: относящихся к сфере религиозного сознания (религиозная вера) и к сфере его поведения (участие в религиозной деятельности). Каждый из выделенных типов личности включает в себя взаимосвязанные признаки одного и другого вида;

— набор субъективных и объективных признаков для отнесения индивида к определенной типологической группе специфичен для каждого из них. Вместе с тем все эти признаки могут быть измерены с помощью эмпирических индикаторов;

— данная типология позволяет делать непротиворечивые логические выводы при анализе результатов социологических исследований о характеристиках религиозности тех или иных мировоззренческих групп населения.

Так, Угринович предлагает выделять четыре группы верующих: «убежденные верующие», «верующие», «колеблющиеся», «неверующие», и пятую — «атеистов». Остановимся подробнее на характеристике каждого типа.

«Убежденные верующие». Общая характеристика сознания — глубокая религиозная вера. Эмпирические признаки — вера в основные религиозные догматы и мифы; осознание себя членом определенной религиозной группы (конфессии); позитивное отношение к основным религиозным нормам и ценностям. Общая характеристика поведения — вера реализуется в поведении. Эмпирические признаки — регулярное отправление религиозных обрядов и праздников; следование религиозным нормам в повседневном поведении; участие в деятельности религиозной организации и пропаганда своего вероучения.

«Верующие». Общая характеристика сознания — основные признаки религиозной веры. Эмпирические признаки — вера в самые существенные религиозные догматы и мифы; отождествление себя с определенной религиозной конфессией; позитивное отношение к некоторым религиозным нормам и ценностям. Общая характеристика поведения — непоследовательная реализация религиозной веры в поведении. Эмпирические признаки — отправление основных религиозных обрядов и праздников; отход от некоторых религиозных норм в повседневном поведении; эпизодическое участие в деятельности религиозной организации и религиозной пропаганде.

«Колеблющиеся». Общая характеристика сознания — колебание между верой и неверием. Эмпирические признаки — сомнения в правильности религиозных догматов и мифов в сочетании с верой в некоторые из них; возможна частичная религиозная идентификация; колебания в отношении религиозных норм и ценностей. Общая характеристика поведения — ситуативное проявление элементов религиозного поведения. Эмпирические признаки — нерегулярное отправление наиболее важных религиозных обрядов; религиозные нормы, как правило, не являются мотивами повседневного поведения; неучастие в деятельности религиозной организации.

«Неверующие». Общая характеристика сознания — отсутствие религиозной веры. Эмпирические признаки — неверие в религиозные догматы и мифы; не идентифицирует себя по признаку религии; не разделяет религиозных ценностей и норм, но терпим в отношении религиозной веры других людей. Общая характеристика поведения — как правило, отсутствие элементов религиозного поведения. Эмпирические признаки — за редким исключением не участвует в религиозных обрядах и праздниках; отсутствие религиозной мотивации; равнодушие к деятельности религиозной организации.

«Атеисты». Общая характеристика сознания — отрицание религиозной веры. Эмпирические признаки — сознательно отрицает все религиозные догматы; считает негативной религиозную идентификацию; отождествление религии с интересами определенных социальных групп. Общая характеристика поведения — реализация в поведении убеждений, связанных с атеизмом. Эмпирические признаки — принципиальное неучастие в религиозных обрядах и праздниках; рационалистическая мотивация; негативное отношение к деятельности религиозных организаций и атеистическая пропаганда.

С точки зрения социологической науки можно дать один комментарий предложенной Угриновичем типологии. Разница между «убежденными верующими» и «верующими» видна только лишь исследователю, но не простому человеку — участнику социологического опроса. Поэтому отнесения к тому или иному типу религиозности по данной типологии должно происходить с учетом ее содержательных характеристик.

Таким образом, существует много типологий религиозности, основанных на различных критериях. «Наиболее социологичными», с нашей точки зрения, выступают типологии Яблокова и Угриновича. Выделенные ими типы религиозности вполне можно использовать как конкретные индикаторы, составляющие полную социологическую шкалу.

© Панкратова Е.В., 2010

Институт «Открытое общество», Центрально-Европейский университет

Институт «Открытое общество», Центрально-Европейский университет

http://www.soros.org/,http://www.ceu.hu/

Франко-российский центр гуманитарных и общественных наук

Франко-российский центр гуманитарных и общественных наук

http://www.centre-fr.net/

Центр украинистики и белорусистики Исторического факультета МГУ

Центр украинистики и белорусистики Исторического факультета МГУ

http://www.hist.msu.ru/Labs/UkrBel/